Простите мне глупые мысли.
Простите мне горечь в речах.
Года, словно камни, повисли...

Я в жизни что-то упустил,
Видать,не тем Богам молился,
Раз подлый рок мне не простил,
Раз снова здесь я очутился.

Раз снова в шесть утра подъём,
Раз снова карточка в кармане.
И мы «мотаем», не живём...

Совсем ещё малыш мой сын Егор,
Влезает, весь измазанный зелёнкой,
На руки, прерывая разговор,
Сидит, качая русой головёнкой.
Как сыну я завидую порой,
Ведь мой отец погиб под Сталинградом,
И смотрит с фотографии герой...

Шестьдесят с лишним лет,
Шестьдесят мирных лет
Над родной стороной пролетели.
Эхом прошлых боёв,
Песней славных побед
Золотистые горны запели.
Колосится трава...

О войне мне, помню, дед рассказывал
Страшные истории прошедших лет
Чтить погибших и живых обязывал
Не забыть их героических побед

Фронтовые помню фотографии
Где ещё молоденький мой дед
Вроде бы с улыбкою, но странною...

Я не жалею ни о чем, и на вопросы отвечаю:
«Пойми, здесь люди не причем. Ты знаешь это. Я?
Я это тоже, знаю...»
Я, также, знаю, что слаба...
Я расцветаю и пою, смеюсь и радуюсь букетам.
Царица, я — Любви раба.
И ты и я про это знаем.
Кричу тебе...

Утром солнечным, зимним, декабрьским.
Разбуди меня голосом нежным.
Я представлю, что будто мы в сказке.
За окном будет день белоснежным!
Мы откроем с тобою все шторы...

Мы помним тех, кто не пришёл,
Кого и быть не может с нами.
Афган по судьбам их прошёл...

Однажды на дачу была позвана –
Друзья юбилей отмечали.
И после застолья, хмельного вина
Ко мне юбиляры пристали:
– Хотим показать место лучшее здесь...

Разбудила девчонку-берёзку
Многозвучная ритмокапель.
То сосульки льют горькие слёзки:
– Вот и март, а за ним и апрель.
Очень скоро совсем мы растаем...