Рукою моется рука –
Здоров дух там, где чисто тело…
Утешить можно дурака.
У красноречья нет предела.

Словесной помощи каскад
Заглушит залпы холостые.
К руке потянется рука...

По жатве, срезанной серпами,
Бреду в раздумье, в тишине.
Что впереди и что за нами,
Как в полумраке видно мне.

Судьбы изгибы и заломы,
Как ни стремлюсь, не отведу.
Прилягу я в тюках соломы...

Сумнявацца, што праўда ёсць:
З розных кропак ад розных існасцей
Чуць пра ісціну беззаганную –
І сумленна не верыць ім.
Першым правілам – быць няўхільнымі...

Надо мною повисла Вселенная,
Когда я называлась ребёнком.
Я кормила её всеми песнями,
Что игрались на трёх лишь аккордах.

И она привязалась ко мне.
Всюду бродила за моей тенью,
Словно искала спасение...

Художник будущего – это художник-колорист,
но совершенно на другом уровне
Винсент Ван Гог

Оттенки белого,
Нюансы чёрного
И гамма голубого цвета…

Палитра целая...

Нет! Не боль, а томная печаль
Душу разрывает, рвёт на части.
Всё, что отошло, уже не жаль.
Жаль, что отцвела любовь и страсти.

Жаль, что юность, как и не была,
Лёгкой тенью в гуще дел исчезла,
Жаль, что завершив свои дела...

«Пропадай, моя телега,
Все четыре колеса»*.
Жизнь – как трасса для пробега
И препятствий полоса.

Пробежать, не надорваться...

Нет. Меня не ведут: на развилке дан путь,
Где лишишься коня… головы… Можно прямо –
Стезёю всех Мудрых, понявших, в чём суть, –
За пределы известного выйти упрямо.

Нет. Меня не ведут: пробираюсь сама...

Гады, гады, як хутка вы бяжыце.
Чаму ж раней на бег ваш не зважаў?
Ці так я жыў, ці тым займаўся?
Аб старасці ніколечкі не дбаў.
Жыццё ж у нас бы ўспышка бліскавіцы...

Ты чего, чудак, зафыркал?
Что иголки-то нахмурил?
Ишь как бусинками зыркнул…
Не сердись, колючий дурень…
Хорошо тебе живётся...